Булимия – расстройство, при котором импульсивные эпизоды переедания сменяются компенсаторными действиями: вызыванием рвоты, приёмом слабительных, изнуряющими тренировками. Контраст между внешней собранностью и внутренней анархией напоминает айсберг: мир видит гладкую вершину, а под водой скрыт хаос.
Почему возникает
Факторов несколько. На биологическом уровне фиксируется гиперактивность оси «гипоталамус — гипофиз — надпочечники», срывы запускает избыток кортикотропина. Генетический вклад обозначает полиморфизм 5-HTTLPR: укороченный аллель затрудняет серотониновое торможение. Психологический срез включает алекситимию — неспособность различать оттенки собственных эмоций. Социальный пласт: культ худобы, перфекционизм, диеты с дефицитом триптофана. Каждый компонент по отдельности не создаёт клинической картины, однако их сумма рождает порочный круг.
Диагностика опирается на критерии DSM-5. Потеря контроля минимум раз в неделю в течение трёх месяцев, навязчивая озабоченность массой тела, постпрандиальная дисфория. При сомнениях подключаю биохимию: электролитный профиль, креатинкиназа для оценки миопатии, амилаза слюны — индикатор частой рвоты. Нозография важна, но человек ценнее штампа, поэтому каждая консультация завершается планом реабилитации.
Комплексный подход
Когнитивно-поведенческая терапия расширенной версии (CBRE) остаётся методом первой линии. Сеансы структурированы по трёхфазной схеме: стабилизация питания, когнитивная реконструкция, профилактика рецидивов. Для пациентов с импульсивностью полезна диалектическая терапия Linehan, где навык «радикального принятия» гасит самокритику. Фармакологическая поддержка: флуоксетин 60 мг снижает тягу к запоям, топирамат смягчает обсессии, при этом требуется контроль щёлочно-резервного статуса. В случае выраженной тревоги добавляю прегабалин, он подавляет гиперсигналы амигдалы, не вызывая седативной тупости.
Питание перестраиваю вместе с клиническим нутрициологом. Шесть небольших приёмов пищи, стартовой точкой служит завтрак в первые 60 мин после подъёма. В каждый приём включаются белок, сложный углевод, источник омега-3. Интеросептивная экспозиция: пациент обучается считывать сигналы насыщения, используя шкалу «голод-сытость» от 1 до 10. Для укрепления кишечного микробиома подключаю психобиотики — штаммы Lactobacillus helveticus R0052 и Bifidobacterium longum R0175, улучшающие вариабельность сердечного ритма и, как следствие, эмоциональную регуляцию.
Семейная работа критична до 25 лет. Модели Maudsley интегрируются в онлайн-формат: родители проходят четырёхнедельный курс, учатся выстраивать поддерживающую коммуникацию без шантажа и подкупа. Одновременно проводится обучение «eating coach» – уполномоченный родственник сопровождает приёмы пищи, фиксируя успехи.
Финальные штрихи
После стабилизации веса начинаю рутинный осмотр раз в три месяца, глажу углы рецидивов. Учу пациента технике «мнемо-якорь»: короткая фраза, ассоциированная с опытом выздоровления, активизирует префронтальный кортекс и гасит лимбический пожар. Для снижения стигмы предлагаю участие в группах «рассказы выздоравливающих» — формат safe place без иерархии.
Лечение булимии напоминает настройку сложного оркестра. Когда нейротрансмиттерытрансмиттеры, эмоции и питание обретают гармонию, пурпурный шум перееданий растворяется, оставляя тишину, в которой наконец слышен собственный голос.
