Я практикующий психиатр с двадцатилетним стажем, наблюдаю расстройства пищевого поведения ежедневно. При анорексии организм вступает в неравный поединок с собственным метаболизмом, а психика подменяет реальность зеркальной иллюзией. Для окружающих заболевание заметно ещё до критического падения веса — при условии внимательного взгляда.
Сигналы тела
Кожа теряет тургор, приобретает землистый оттенок, по плечам пробегает лануго — тонкий пушок, обеспечивающий минимальное согревание. Слизистые пересыхают, ногти истончаются, по ним проходят поперечные бороздки Бо. Сердце начинает работать экономно, ЧСС едва дотягивает до 50 ударов, возникают эпизоды синкопе. При этом пациент уверяет, что чувствует себя бодро, хотя гемоглобин падает до значений восьмого десятка.
Жирорастворимые витамины практически не усваиваются, поэтому зрение в сумерках ухудшается, формируется куриная слепота. Гастропарез приводит к постоянной отрыжке воздухом и к болям под ложечкой. Остеопения развивается стремительно: достаточно лёгкого ушиба, и рентген уже фиксирует трещину.
Психические маркеры
Главный сквозной симптом — дисморфофобическая фиксация на мнимой «избыточности». Зеркало превращается в судилище, каждая складка кожи видится жиром. Пациент ведёт калорийный счёт до единиц, раскапывает состав блюд, отвешивает яблочные дольки медицинскими весами. Появляется феномен «анорексической гордости»: достижение минимальных цифр на весах воспринимается как духовная победа.
Когнитивная гибкость снижается, решения принимаются ригидно, сверхценные идеи полностью занимают внутренний диалог. Сон поверхностный, ненаполненный тревожными сценами, утром сохраняется ощущение усталости. Отношения с близкими сводятся к спорам о питании либо к избеганию совместных трапез.
Поведенческие изменения
На кухне человек расставляет порционные тарелки для семьи, а свою долю отодвигает «на потом». Во время еды губы смачиваются водой, потом кусочек тщательно крошится и исчезает в салфетке. В гардеробе появляются бесформенные свитеры, позволяющие скрыть силуэт. В спортзале предпочтение отдаётся кардионагрузкам, тренировка длится до изнеможения. Калорийный эквивалент каждого продукта уже выучен наизусть, поэтому чек из супермаркета напоминает бухгалтерский отчёт.
Раннее распознавание зависит от тонкой эмпатии. Сигналы выглядят незаметными, но их совокупность формирует отчётливый узор: резкая утрата массы, обрывочные приёмы пищи, эмоциональное оскопление. Замечание в лоб вызовет отрицание, поэтому мягкое зеркалирование переживаний, открытые вопросы и предложение профессиональной встречи создают шанс на контакт.
В стационаре работа ведётся мультидисциплинарной: психиатр, диетолог, эндокринолог, реабилитолог. Применяется структурированное питание, когнитивно-поведенческая терапия, фармакологическая поддержка при депрессии и тревоге. Группы взаимопомощи добавляют ощущение принятия, снижая социальную изоляцию.
Анорексия — заболевание, а не каприз. Тело и сознание увязают в патологической экономии, как лён в болоте. Чем раньше удаётся разорвать этот узел, тем выше вероятность полного выздоровления без тяжёлых соматических последствий.
